|
|||||||
 |
|
|
|||||
|
Ляп  - Я всегда говорил: "Главное - целеустремленность". - Не говорил. То есть, возможно, и говорил, но не мне. Дед, ты просто не мог мне этого говорить, хотя бы потому, что ты умер задолго до моего рождения. - Ну, и что? Это вовсе не мешает нам общаться в твоих снах. - Тоже верно. Но не говорил. Да и вообще, в основном ты просто молча присутствуешь, я лишь знаю, что это ты, хоть и не похожий на свои фотографии. Я хотела узнать...Дурацкий вопрос...Как это, знать, что умираешь? - Ты о моментах, проносящихся перед глазами? Полнейшая чушь. ( Read more... ) Пролог Часть вторая На следующий день Инна не пришла на работу - сказалась больной. С Полей не говорила, отослала только SMS, что простыла, нет голоса. Дима Поле не звонил, а сама она не решилась, справедливо полагая, что если бы свидание удалось, то герои сами бы все поведали. Потом были выходные, Инна продолжала болеть. Поля, терзаясь чувством вины и тревоги, несколько раз собиралась пообщаться с подругой, но останавливала себя. В первый рабочий день она поджидала виновницу последних неясных событий в курилке.( Read more... ) Пролог Молодой человек, отчаявшись вокально пробиться в сознание Инны, дотронулся до ее руки. - А?...Так понравился фильм, говоришь? - она повернула голову в направлении соседнего столика, но тотчас опомнилась, - Извини, просто знакомых увидела. Не ожидала совсем, - Инна растерянно улыбнулась, но было ясно, что мысли ее совсем не в поле собеседника. - Может, хочешь поздороваться? Иди, чувствую, без этого мне никак не завладеть твоим вниманием. - Н-н-нет, спасибо. Извини, пожалуйста. Так на чем мы остановились? - На фильме, но неважно. Расскажи что-нибудь о себе. Или просто расскажи что-нибудь, - Дима подумал, что если тон будет задавать сам, то соратница по свиданию ничего не услышит, будучи занята знакомыми. Он оглядел этих занимательных соседей по кафе: обычная парочка, миниатюрная брюнетка, довольно миловидная, ямочка на одной щеке - девушка все это время улыбалась собеседнику, мужчине лет тридцати, со спиной, как у каждого гражданина этих возраста и комплекции.( Read more... ) Инне не хотелось идти на свидание. Не хотелось, и все тут. И молодой человек, которому в угаре какой-то вечеринки дала свой номер телефона, не особо воодушевлял, и элементарная лень вкупе с наезженной тропой бесполезных свиданий, на которых понимаешь, что изучение списка редакторов журнала "Вести полей" - не такое унылое занятие. - Не понимаю тебя. - Поля, сотрудница и близкая подруга, пыталась изобразить колечки из сигаретного дыма, сидя на подоконнике в курилке, - Телефон-то зачем давала? - Ну, не знаю...Неудобно было. Он весь вечер крутился рядом. Мы разговаривали, потанцевали чуток. Потом собрался уходить, достал свой мобильник и попросил номер. А мне неудобно было отказать...Блин, и зачем я себе постоянно это устраиваю? Может, в обморок упасть в следующий раз? - Ага, или пролить что-то на него, а потом "случайно" поджечь, чтобы уже наверняка. - Не издевайся. Мне и без этого тошно от сегодняшнего вечера. - Инна затушила сигарету, разравняла кучки пепла на полу, - пойдем? А то мне еще доклад надо дописать. - Вот! Возьми с собой сегодня доклад и весь вечер цитируй из него.( Read more... ) Шумел камыш, деревья гнулись и ночка темная была. А по белому снегу уходил от трамвая человек в телогрейке, или просто ЗК. Зяма Куропаткин, то бишь. Мужчина в самом расцвете сил. Вот Зяма с горочки спустился и воскликнул: "Вот эта улица, вот этот дом!". Его мысли, его скакуны, неслись со скоростью трех белых коней, обгоняя даже разудалую подвыпившую компанию, которая ехала и мчалась на оленях с самого раннего утра. Зяма посмотрел на них искоса, низко голову наклоня, и представил себе, как они с Светкой вот так же, весело-весело встретят Новый Год. Тем более, что Новый Год в этот раз пришелся на день рождения отрады. Мужчина не виделся со Светкой уже неделю: раньше она жила в высоком терему недалеко от зяминого барака, но в ее доме поселился замечательный сосед, достававший всех и вся своими музыкальными пристрастиями, ( так что ей пришлось переехать. ) - Зачем ты это сделала? - Сделала что? - Ты знаешь. - Видимо, ты знаешь. Я не понимаю, о чем речь вообще. - Тань, не морочь мне голову. - Интересно, мне дадут выйти покурить? - Не думаю, но могу узнать. - Узнай, а? Вика исчезла за занавеской, послышался ее приглушенный голос. Отчего-то со времени прибытия в больницу все разговоры велись исключительно шепотом, как будто из-за боязни потревожить новоявленную пациентку. Сама же больная в это время пыталась собраться с мыслями, курить не хотелось, но нужно было выиграть время. - Нельзя. Сейчас должен прийти психиатр, осмотреть тебя. - Психиатр?! Зачем? Что ты им сказала? - ( Правду. ) Помните, что испортило москвичей? Квартирный вопрос, по крайней мере, так утверждал Булгаков. Абсолютно согласна с классиком, за исключением двух дополнений. Первое: "аналогичный случай был в нашей губернии", то бишь, и в наших палестинах нелегко с этим. Второе: отравляет кровь не только квартирный вопрос, а и вопрос соседей. Несколько лет назад, решив, что настала пора создать свой кров, я отправилась на поиски подходящей квартиры с приемлемым соотношением цены и качества товара. После долгих переборов взгляд был остановлен на небольшой квартирке в относительно тихом, но центральном районе города. Дом маленький, двухэтажный, в каждом подъезде 4 квартиры, причем, подъезда как такового нет. ( Просто лестница, ведущая на второй этаж, да небольшая площадка перед квартирами.: ) Яков проснулся, как уже вошло в привычку, затемно. Последний год ему снился один и тот же сон: сын приносит домой записку от завуча школы с просьбой о встрече. Жена в этот день задерживается на работе, и Яков идет в школу, его усаживают в приемной завуча - у того предыдущие посетители, и требуется обождать немного. Он пытается представить себе, о чем может идти речь. Сын, вроде, учится не то, чтобы отлично и даже не хорошо, но и ни чем не отличается от обычного мальчишки. Неужели, опять он разбил окно? Яшка (так называли всех мальчиков в семье вот уже которое поколение) отличался неуемной страстью к мячу и всему, что хоть отдаленно могло сойти за него. Стекольщики в округе могли не беспокоиться о заработке еще несколько лет. Или что другое. Мало ли из-за каких пустяков дерутся дети. Через несколько минут дверь в кабинет завуча открылась, из него вышла уставшая женщина, точно знающая, что этот вызов в учебное заведение был не первым и не последним. Яков попытался встать и не смог, он будто прирос к стулу. Что-то мешало ему подняться. И на этом моменте он проснулся. Проснулся, как всегда, с ощущением тоски в груди. Ощущение сна быстро разбавлялось мертвой реальностью последнего года. Жена его, так и не успевшая стать женой, была увезена в неизвестном направлении. До свадьбы оставалось несколько дней, когда немцы вошли в городок, и прежней жизни не стало за пару часов. Последний раз он видел Соню на площади, когда жителей разводили в разные стороны. Он даже не успел встретиться с ней взглядом, только и успел подмигнуть её младшей сестренке, мол, все будет хорошо. Яков тосковал по неродившемуся сыну, в том, что первенцем будет мальчик, он не сомневался. Скучал по его голосу, по шалостям, по бессонным ночам в тревоге за него. В гетто, куда его привезли, было серо. Люди, хоть и не разговаривали о случившемся, старались быть ближе друг к другу. Когда на рассвете приходили шинели и забирали нескольких из жильцов бараков, никто не произносил ни слова, ни вздоха. Вздох и без этого был с ними, грозовой тучей нависнув над гетто. В эту ночь вместе с непреходящей тоской добавилось новое ощущение - облегчения. Яков знал, что сон, ставший его соратником, посетил его в последний раз. На рассвете должны были появиться шинели. Для него. Для его тела. Для его души, так и не вымолившей прощения у Сони за неродившегося сына. Вот как в жизни бывает? Сидишь, читаешь книжку интересную, упиваешься слогом автора, практически, фоном идет очередная лента новостей от соседки, и тут... бац. В аську приходит добрый молодец с очередным сенсационным сообщением о своих способностях. "Не хочешь ли, красна девица," - молвит он, - "сексу распрекрасного?". Ну, а когда красны девицы отказывались от сексу, да еще и распрекрасного? Еще издревле повелось, что сексу много не бывает, в особо трудные времена его по талонам выдавали, помнится, и высоким качеством он не всегда отличался,( так что негоже отнекиваться ни добрым молодцам, ни девицам красным: ) Жил-был Толик. Как все жил, то бишь, был попеременно счастлив-несчастлив, местами облачен, местами - ясен, банально изнурен любимой работой и прочее, и прочее. Толик рано женился, к двадцати двум годам уже был счастливым отцом забавной дочурки и изумленным сообщником супружеской жизни, повернувшейся к нему неожиданном бытом. Но дочурку надо было кормить-поить-воспитывать, посему бал продолжался, да и любовь имела место быть, и к тому же все вокруг тянули похожую батрачью лямку от зарплаты до зарплаты. Через четыре года жена ушла. Встретила свою настоящую любовь, сказала. Свидания с дочерью не ограничивала, но вскоре уехала с новой семьей в другой город, более того, в другую страну. А при всей любви к дочери, лишать ее светлого, по всем отзывам, будущего Толик не мог. С дочерью больше Толик не виделся, лишь исправно писал ей письма. ( Но то ли адрес бывшая жена дала не тот, то ли почта плохо ходила, ответов не получал, в любом случае, его письма не возвращались: ) |
|||||||
|
|
|
|||||